«Предполагая развитие цифровой профориентации и создание больших многофункциональных систем диагностики, в тем более – содержащих «направляющие» и «воспитывающие» элементы, логично ожидать, что коллективно разработанный «робот-профориентатор» будет умнее и мудрее человека-профориентатора.
Но для этого в его разработке должны принимать участие специалисты по педагогике, обладающие лучшими качествами – умом, добротой, умением просчитывать на несколько шагов вперед, обладающие педагогической мудростью. А еще – способные «оцифровать» то, что они делают (в том числе делают интуитивно), проверить алгеброй гармонию. Не каждый из тех, кто знает что-то, умеет передать свои знания. Не каждый из тех, кто умеет учить, способен проанализировать и рационализировать свою технологию передачи знаний.
Как определить, кто годится, чтобы «учить роботов учить людей разбираться в себе»? Кто будет оценивать потенциальных разработчиков, какими методами? Как гарантировать, что в разработке не окажутся те, кто прошел отрицательный отбор, не найдя себя в практической педагогике? Отбор и мотивация методических разработчиков – отдельная задача, которую нужно решать параллельно с вопросами «оцифровки профориентации»

Предлагаем рассмотреть идею модели, в которой не существует целенаправленно выделенных инструментов профориентации как таковых, все они гармонично растворены в естественной среде обитания «цифрового человека», вне конкретного пространства, вне четко фиксированных временных рамок.
Весь объем взаимодействия пользователя со своей индивидуальной средой в том или ином виде «работает» на его образовательную (развивающую, социальную, мотивационную и т.д., в том числе решающую задачу личностного и профессионального самоопределения) траекторию, выстраиваемую алгоритмами на всём объеме данных о пользователе внутри единой цифровой среды, а не локально выдернутых фрагментов, имеющих отношение исключительно к профориентации.
В данном случае понятием среды является любой факт взаимодействия с цифровыми устройствами, собирающими данные: от датчиков IoT до запуска любой программы или оборудования. Наставником человека будет являться он сам, своими действиями (бездействием), реакциями, интересами формировать цифровое alter ego и ideal self (в понятиях концепции one’s self-concept психолога К. Роджерса)

«Пока вклад «цифры» ограничивается добавлением «цифровых» форм работы и повышением доступности контента. Не вижу вклада «цифры» в другие компоненты «профориетационных технологий».
Самое кардинальное изменение в том, что «цифра» даст новые возможности (для органов управления образования и других крупных заказчиков) по оперативному управлению содержанием и контекстом профориентационной работы. Включая отсечение лишнего или направление пользователю нужного по настройкам заказчика»

«Основной проблемой является создание уравновешенной системы, в которой в цифровое пространство уйдут рутинные алгоритмические задачи, а помощь в формировании решений останется за экспертами в соответствующих областях.
Вывод таков: невозможно оцифровать задачи и системы с большим количеством степеней свободы, не уменьшая эти степени свободы, но такое упрощение ведет к регрессу системы и потере ее эффективности, а может, и сущности»

«Крайне важно различать опыт, полученный в виртуальном мире (ближайшим аналогом может быть мир ролевых игр живого действия) и реальный опыт. Мы довольно далеки от мира Матрицы или Игры Эндера, и в любом случае осознание человека, что он находится внутри игровой истории (не принципиально, живой или виртуальной) очень сильно сбивает реальную мотивацию. И такого рода истории дают колоссальный материал для дальнейшей проработки, однако непосредственно не могут быть расценены, как реальный опыт профпроб»

«Было выявлено, что принятие идеи инклюзивного образования демонстрируют только будущие специалисты в сферах, «по определению» предполагающих индивидуальную работу с ребенком или работу в малых группах. Будущие педагоги «общего профиля» не готовы и, по большей части, не заинтересованы в получении дополнительных квалификаций в сфере инклюзивного образования, определяя ее как область «особых» компетенций «особых» коллег, узко трактуя и само инклюзивное образование, и спектр заинтересованных в его развитии учащихся»

«Трансформация моделей публичной дискуссии об инвалидности в последние десятилетия: традиционные гейткиперы – государство и аффилированные с государством организации – уступают место новым акторам и пространствам публичного высказывания. Среди этих акторов всё большую заметность и общественную поддержку приобретают низовые общественные объединения и представители сообществ людей с инвалидностью, родительские группы самоподдержки, фандрайзеры, перформативные пространства художественного высказывания, популярные блогеры в социальных медиа»

«Инклюзия помогает осознать тот факт, что все люди разные, и это нормально»

«Это нормально — быть вместе, не лишая никого возможности учиться, дружить, выходить из дома и проводить время вне семьи»

«Конфликт между узким понятием «инклюзия — образование для инвалидов» и широким понятием «инклюзия — идея, обеспечивающая разнообразие и право любого человека на индивидуальное отличие» влияет на педагогов и общество в целом»

«Развитие инклюзивного процесса во всем мире опирается на идею Образования для всех. В фокусе организации образовательного процесса, услуг и пространств лежит модель универсального дизайна обучения, которая разрушает барьеры и опирается на социальную модель инвалидности, конструируя инвалидность как социальное отношение»